Сергей Лавров: сложно сказать, остались ли на Украине адекватные политики

© Ministry of Foreign Affairs of Russia / Перейти в фотобанкМинистр иностранных дел РФ Сергей Лавров
Министр иностранных дел РФ Сергей Лавров  - Sputnik Грузия, 1920, 29.12.2022
Подписаться на
НовостиTelegram
Глава внешнеполитического ведомства Российской Федерации подвел итоги года
Министр иностранных дел России Сергей Лавров, подводя итоги уходящего года, рассказал в интервью РИА Новости о том, как в Москве относятся к "формуле мира" Владимира Зеленского, возможны ли в принципе сейчас переговоры с Украиной, задумываются ли в России о том, чтобы приостановить свое членство в ОБСЕ из-за позиции этой общеевропейской организации, и пройдена ли точка невозврата в процессе восстановления иранской ядерной сделки.
Есть ли, по вашему мнению, сейчас на Украине какая-то политическая сила или политик, с которыми Москва была бы готова вести переговоры, и может ли такая фигура появиться в обозримом будущем?
– Нынешняя "обойма" украинских политиков всем хорошо известна своей недоговороспособностью. Большинство из них – откровенные русофобы.
Напомню, что сразу после начала специальной военной операции от Владимира Зеленского поступила инициатива сесть за стол переговоров. Мы не стали ее отвергать и согласились на встречу с его представителями. Несколько раундов переговоров показали, что найти взаимоприемлемые договоренности можно. Однако начавшийся в феврале переговорный процесс продемонстрировал полную несамостоятельность Зеленского в принятии важных решений. Уже в апреле по указке англосаксов, заинтересованных в продолжении боевых действий, он быстро прекратил переговоры и резко ужесточил свою позицию.
Очевидно, что Киев не готов к диалогу. Выдвигая разного рода идеи и "формулы мира", Зеленский лелеет иллюзию добиться при помощи Запада вывода наших войск с российской территории Донбасса, Крыма, Запорожья и Херсонщины, выплаты Россией репараций, явки "с повинной в международные трибуналы" и тому подобное.
Разумеется, мы на таких условиях ни с кем разговаривать не будем. Остались ли на территориях, подконтрольных киевскому режиму, адекватные политики – сказать сложно, особенно с учетом распространившейся там практики подавления инакомыслия и бессудных расправ с несогласными. Может ли некая вменяемая политическая фигура появиться в Киеве позже? Поживем – увидим.
– С учетом того, как обстоят дела в ОБСЕ, считает ли Москва нужным сохранять свое представительство при организации? Может ли встать вопрос о приостановке нашего членства в ней?
– Скажу прямо: дела в ОБСЕ складываются не лучшим образом. Организация создавалась как площадка для равноправного диалога и сотрудничества, но последние несколько лет она пребывает в глубочайшем кризисе. Запад воспринимает ОБСЕ как инструмент продвижения своих коллективных интересов, превратил ее в арену пропагандистских баталий. В 2022 году действующим председателем в организации была Польша с ее откровенно антироссийскими установками. По нашей оценке поляки преуспели лишь в одном – свели результативность работы ОБСЕ к нулю.
Это не стало для нас неожиданностью. Ведь и в целом страны Запада – а они, в большинстве своем, являются как участниками ОБСЕ, так и членами НАТО – давно и целенаправленно попирают принципы деятельности венской организации, дух и букву принятых в ней – в том числе на высшем уровне – базовых документов в сфере евробезопасности. Например, расширение НАТО, приближение ее военной инфраструктуры к границам России грубо нарушает обязательство не укреплять собственную безопасность за счет безопасности других. Сейчас мы пожинаем плоды эгоистичной, недальновидной политики наших бывших партнеров, доверие к которым основательно подорвано. И один из уроков состоит в том, что если и когда мы вернемся к совместной работе, то вести ее придется на новых началах, поскольку прежние подходы больше не работают.
Какова ваша оценка ситуации вокруг СВПД? Пройдена ли "точка невозврата" в процессе восстановления работы над документом? Если да, то чревато ли это рисками нового витка эскалации в регионе и в целом на международной арене?
– Российская дипломатия не склонна к пораженчеству. Это западники то и дело заявляют, что все пропало. Снова пытаются заставить мир бояться иранской угрозы. Правда, не любят вспоминать, что СВПД прекрасно работал, пока США не решили в одночасье разорвать "ядерную сделку" в нарушение собственных обязательств резолюции СБ ООН 2231. Это было, напомню, в мае 2018 года.
С технической точки зрения переговоры по "перезапуску" этих исторических договоренностей достигли той стадии, когда основные подходы определены, и настало время принимать ответственные решения. Мы к такому развитию готовы. Президент Владимир Путин не раз подчеркивал, что самый короткий и наиболее эффективный путь лежит через неукоснительное соблюдение своих обязательств всеми вовлеченными сторонами. На этом все и построено.
Мы предложили простую и понятную модель: США и Иран одновременно и поэтапно двигаются навстречу друг другу, постепенно возвращаясь к выполнению всех требований СВПД. Все детали были проработаны до мелочей. При наличии политической воли такой сценарий реализуем.
Иное дело, что у финишной черты американцы и европейцы резко сбавили обороты, переключившись на раскачивание внутриполитической обстановки в Иране. В ноябре они отметились антииранской резолюцией в Совете управляющих МАГАТЭ, которую не поддержали не только мы с Китаем, но и целый ряд других стран. Кроме того, западники затеяли шумиху в СБ ООН в связи с якобы имевшими место поставками иранских "беспилотников" в Россию. Как водится, все в стиле "highly likely", фактов привести не могут, да и не пытаются.
Между тем, жизнь доказала, что СВПД не имеет разумной альтернативы. Считаем безответственными спекуляции на тему пресловутого "плана Б" и прочих неприемлемых вариантов. Переход к ним ведет к эскалации, гонке вооружений, открытому конфликту с необратимыми последствиями.
Для долгосрочной нормализации обстановки вокруг Ирана Россией выдвинута Концепция обеспечения коллективной безопасности в зоне Персидского залива. В прошлом году она была передана на рассмотрение в столицы "заливных" государств. Решающее слово здесь за странами региона, которым предстоит преодолеть противоречия и заняться созданием прочной архитектуры поддержания доверия и снижения рисков безопасности.
– Рассчитывает ли Россия, что в ближайшие месяцы Армения и Азербайджан подпишут мирный договор, и будет ли в нем прописан статус Нагорного Карабаха?
– Данный вопрос логичнее адресовать переговаривающимся сторонам, то есть Баку и Еревану. Именно они задают динамику контактов и определяют содержание будущего мирного договора. Россия, которую и с Азербайджаном, и с Арменией связывают отношения стратегического партнерства и союзничества, оказывает всемерное содействие этому процессу – в форме и объемах, в которых заинтересованы наши азербайджанские и армянские друзья.
Подписывайтесь на наш канал в Telegram>>
Лента новостей
0