Чего ждет общество от TV "Рустави 2" после возвращения законному владельцу

Колумнист Sputnik Грузия выражает надежду, что решение Страсбургского суда по "Рустави 2" не отразится на творческом коллективе компании, поскольку "свобода мата" в прямом эфире не имеет ничего общего с независимой журналистикой
Подписывайтесь на Sputnik в Дзен

Дождались! Европейский суд по правам человека в Страсбурге наконец-то вынес свой вердикт, оставив в силе решение Верховного суда Грузии. Это значит, телекомпания "Рустави 2" должна быть возвращена ее законному владельцу Кибару Халваши.

Думаю, нет нужды вникать в детали и суть самого имущественного спора. И не только потому, что черту ему подвела авторитетная европейская инстанция. Поставим вопрос иначе. Для меня, как для зрителя, важно не то, кто каналом владеет, а то, насколько творчески, честно и объективно он выражает и отстаивает интересы общества.

Творчески, честно, объективно…

"Аплодисменты маэстро!"- соцсети бурно отреагировали на смену руководства "Рустави 2"

В принципе, критерии можно поменять местами. В данном случае я их расположил, как бы, по нисходящей. Сразу оговорюсь – положив в основу сугубо личное отношение как к отдельным телепередачам, так и к редакционной политике в целом. И если по первому пункту журналистский коллектив в основной массе своей заслуживает высокой оценки, то по части двух остальных можно, конечно, поспорить. Элементарного здравого смысла достаточно, чтобы понять – тут замешана политика. И, к сожалению, не только редакционная…

Может, по этой причине сразу вслед за оглашением вердикта перед зданием телекомпании появились узнаваемые лица. Как правило, не упускающие шанса дать комментарий, произнести броскую фразу или хотя бы просто молвить слово. Хищно ощетинились видеокамеры. Мне, как журналисту, и это было понятно – в последние недели "Рустави 2" постоянно в центре скандалов.

Непонятно, хоть, возможно, и закономерно, другое – почему не оказалось толп зрителей? Тех, которые – мы это хорошо помним – в разное время не раз вставали на защиту канала. Я не исключаю, что их еще призовут. Но прежде, когда сгущались тучи, они спешили сюда сами, по зову сердца. Приходили немедленно, выстраивались в цепь. А тут политики, журналисты и отвечающие за безопасность сотрудники полиции – я свидетель – заметно превзошли их числом…

Новым гендиректором "Рустави 2" стал адвокат Халваши

Телезрители решили, что каналу ничто не грозит? Что дело лишь в амбициях владельцев? Или просто встал поперек горла откровенный мат в прямом эфире отдельных ведущих и представителей руководства, выходящий за рамки самых заниженных норм журналистской этики? Не исключено, уважающие себя граждане пришли к справедливому заключению – они явно достойны более интеллектуальных, что ли, форм пропаганды.

Продолжать не стану. Шкалу критериев я озвучил, и каждый может выставлять собственные оценки. Однако не могу при этом не вспомнить два конкретных эпизода, связанных с творческим коллективом и стилем работы конкретных руководителей "Рустави 2". Они представляются настолько примечательными, что я просто их перескажу.

На моей памяти канал "Рустави 2" был и оппозиционным, и проправительственным, и снова стал оппозиционным. Но есть в его не столь уж продолжительной истории страница, которая лично для меня очень много значит в плане отношения к моим рядовым коллегам, работающим на канале. К тому, как большинство из них в критический момент понимают свой журналистский долг.

Сотрудники телеканала "Рустави 2" вступились за Нику Гварамия

Ноябрь 2007 года. Разгон митинга у Дома правительства. Эмоции зашкаливают. Но президент объявляет чрезвычайное положение и временно приостанавливает вещание всех телеканалов. Кроме пользующегося особым доверием "Рустави 2". И что же? Неожиданно корреспонденты канала дополнительно взваливают на себя миссию оппозиционных коллег!..

Не знаю, что чувствовали в этот момент правительство и президент, а я проникся к ним уважением. Безусловно, журналист вправе придерживаться какой-нибудь конкретной позиции, но его долг обеспечивать баланс мнений. Иначе это уже не журналистика…

Второй опыт – из личной практики общения с администрацией "Рустави 2". И он, к сожалению, порождает светлую грусть по бюрократическому стилю моей доперестроечной молодости. Ибо "закрытость" всенародного телеканала, в которой так легко увязнуть, превзошла самые худшие мои ожидания. Не буду, однако, голословным.

"Это вопрос жизни и смерти" - гендиректор "Рустави 2" о решении Страсбургского суда

По просьбе продюсеров одной из зарубежных телекомпаний я обратился в соответствующее подразделение "Рустави 2", чтобы, как говорят тележурналисты, "купить картинку". Замечу – этот иностранный канал готовит передачи познавательного характера. "Картинка" никаким боком не была связана с политикой и даже персоналиями – просто понадобился уголок дикой природы.

В проходной оказалась вывешена выписка из приказа Гендиректора, как сюжет покупать – конкретно указана цена и расписана процедура. Тем не менее, мне пришлось в течение… трех недель каждый день обзванивать "инстанции" с проходной, поскольку дальше путь был наглухо закрыт. То ли я слишком надоел, то ли попросту сошлись звезды, но "картинку" мне, наконец, записали. И вот тут-то бюрократическая трясина затянула меня с головой.

Дело в том, что у телекомпаний за рубежом принято просить правообладателя подписать также специальную форму-разрешение на использование сюжета. Так вот, никто ставить свою подпись не захотел. Или, скорее, не рискнул. Мне дали понять, что это должен сделать сам Генеральный. Застать которого оказалось физически невозможно – секретарша по телефону стояла насмерть. Еще через пару недель я решил больше не испытывать судьбу и обратился к знакомому оппозиционному депутату. Таким "традиционным" (и далеко не европейским) способом мне и удалось заполучить гварамиевскую визу…

Халваши: свобода слова на "Рустави 2" сохранится, а Гварамия уйдет >>

Это к тому, что не все бывает на самом деле так, как кажется на экране и как может показаться со стороны. Одним словом, новому-старому владельцу "Рустави 2" наверняка будет над чем поразмыслить. Говорят, Кибар Халваши обещал не вмешиваться в редакционную политику. Это вселяет надежду. Особенно если удастся избавить творчески мыслящих журналистов от шелухи, навязываемой им другими менеджерами, чтобы дать оптимальный выход их таланту.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции