США – Грузия: почему забеспокоился Конгресс

Ведущий научный сотрудник Центра евро-атлантической безопасности Института международных исследований МГИМО Сергей Маркедонов в статье для Sputnik Грузия рассказал, какие последствия будут иметь письма конгрессменов США
Подписывайтесь на Sputnik в Дзен

Грузия и США рассматривают друг друга как надежные союзники. В прошлом году в Вашингтоне и Тбилиси отмечали десятилетний юбилей с момента подписания Хартии о стратегическом партнерстве между двумя странами. При этом взаимодействие США и Грузии не ограничивается одним лишь Кавказом.

Темные пятна на светлом фоне

В этом контексте, прежде всего, стоит отметить вовлечение Грузии в натовскую миссию в Афганистане. Грузинской военный контингент в этой стране был самым крупным среди стран – партнеров Североатлантического альянса, формально не входящих в его состав (870 человек по данным на 2019 год). Солдаты и офицеры из Грузии также несли службу в Ираке и Косово. "Сильная, независимая, суверенная и демократическая Грузия, которая обладает ответственной оборонной силой, вносит свой вклад в утверждение безопасности и благополучия. Не только всех граждан Грузии, но и свободной и мирной Европы", – гласит Хартия 2009 года.

Власть ждет оппозицию: когда пройдут переговоры по выборам в Грузии

Оговоримся особо. В американской стратегической культуре демократия по умолчанию интерпретируется как следование в фарватере интересов Вашингтона, а независимость понимается как отсутствие влияния на партнеров США третьих стран (потенциальных конкурентов).

Конечно, грузинское участие в операциях и миссиях НАТО под фактическим американским руководством не являлось и не является решающим фактором в событиях на Ближнем, Среднем Востоке или на Балканах. Но оно символически важно. Именно США настаивают на ускоренном приеме Грузии в НАТО, наталкиваясь на плохо скрываемое или нескрываемое недовольство ряда европейских стран. В американской риторике постоянно присутствуют темы восстановления грузинской территориальной целостности, суверенного права Тбилиси на вступление в военные блоки (подразумевается, правда, вполне конкретный Альянс) и сдерживания "российского ревизионизма" на Кавказе и в Евразии в целом.

Однако с конца прошлого года на этой светлой картинке появились темные пятна. Правительство Грузии стало объектом эпистолярных усилий американских конгрессменов и сенаторов.

В предвкушении "решительного боя": что собирается делать оппозиция Грузии? >>

Все началось с декабрьского письма сопредседателя Группы друзей Грузии в Конгрессе Адама Кинзингера. Об этом политике стоит сказать особо. Ранее он был среди главных инициаторов Акта в поддержку Грузии в Палате представителей. В тексте этого документа недвусмысленно говорилось о непризнании "российской оккупации" и праве грузинского правительства ее "завершить". Однако в своем письме, отправленном в Тбилиси, Кинзингер уже заявлял, что он и его коллеги "были шокированы сообщением о том, что в парламенте потерпела крах обещанная реформа, которая должна была установить пропорциональную систему выборов".

Пять основных тезисов выступления президента Грузии в ПАСЕ

Отгремели новогодние торжества. И с мнением Кинзингера стали солидаризироваться другие конгрессмены: Марквейн Маллин, Эллиот Энджел, Майк Маккаули, Джерри Конноли, Брайан Бабин. К концу января подтянулась и "тяжелая артиллерия". Критические стрелы в адрес грузинского правительства стали пускать сенаторы. И какие сенаторы! К премьер-министру Грузии Георгию Гахарии обратился глава комитета по международным делам Джеймс Риш, а также Джин Шахин. В качестве председателя сенатского подкомитета по делам Европы Джин Шахин в 2011 году была соавтором текста пятистраничной резолюции в поддержку территориальной целостности Грузии. Тогда она расценила принятие данного документа, как "открытый сигнал" для Москвы и Тбилиси. И во многом на основе той резолюции строится политика Вашингтона по отношению к урегулированию конфликтов в Абхазии и в Южной Осетии.

Таким образом, к правительству Грузии обращаются не просто американские законодатели, а люди, имеющие репутацию последовательных лоббистов грузинских интересов в США. В Вашингтоне их рассматривают как знатоков Кавказа. И именно эти политики выступают с жесткой критикой курса страны – стратегического союзника Америки.

"Ощутимый рост негативных тенденций в Грузии, с точки зрения демократических ценностей и экономических показателей свободного рынка, стал предметом беспокойства членов Конгресса США", – констатирует конгрессмен из штата Техас Брайан Бабин. Сенаторы же и вовсе возмущены силовым подавлением "массового, но мирного протеста" против властей, с чем в том числе ассоциируется действующий премьер-министр Георгий Гахария, который пришел на свою должность с поста главы МВД.

Страсти по демократии: почему сейчас?

К избирательности американского истеблишмента по части демократии мир уже давно привык. На эту тему написаны тома академической литературы, а образ "тихого американца" – помощника "хороших парней", представленный в одноименном романе Грэма Грина, стал классикой. Но необходимо понять, почему именно здесь и сейчас Вашингтон вдруг усомнился в торжестве принципов свободы и транспарентности в Грузии.

Политолог: к письму американских конгрессменов в адрес Гахария причастна оппозиция >>

Разве правительство Гахарии (а фактически партия "Грузинская мечта" - детище олигарха Иванишвили) за все свое время пребывания у власти дало хотя бы один повод усомниться в отходе Тбилиси от идей евроатлантической солидарности? Да, придя во власть грузинская "дрим-тим" провозгласила необходимость нормализации отношений с Россией. Но, во-первых, она сразу же дошла до "красных линий", а во-вторых, против этого не возражали ни США, ни Евросоюз. Тем более что нормализация не предполагала сворачивания кооперации с Западом.

Во внешней политике Иванишвили стал по факту преемником экс-президента Михаила Саакашвили. В тактике они различались, но в стратегии были и остаются едины. Если Саакашвили видел в эскалации с Россией шанс для ускоренного получения путевки в натовский клуб, то Иванишвили стремился к тому же через снижение уровня противостояния с Москвой. Резоны были очевидны: беспроблемная Грузия легче найдет свой путь в Брюссель. Впрочем, пресловутое "кресло Гаврилова" показало: "красные линии" нормализации пролегают не так далеко, как того многим хотелось бы.

Покинет ли пост Гахария, о чем Каладзе договорился с оппозицией и другие версии

Впереди парламентские выборы. И "Грузинская мечта" идет на них совсем не как антиамериканская сила. И даже наоборот. После получения серии обращений премьер-министр Грузии всячески демонстрирует готовность к диалогу для разъяснения своих позиций Вашингтону. Грузинская парламентская делегация готовится к визиту за океан. Да, критические оценки письмам американских политиков дали мэр Тбилиси Каха Каладзе и шеф оборонного ведомства (бывший премьер) Ираклий Гарибашвили. Но это, скорее, критика стилистики, а не внешнеполитического выбора. Тот же Каладзе упирает на риторику конгрессменов и сенаторов, которая не похожа на дружественную. Но сама дружба не ставится под сомнение.

Напугали ли США грузинские евроскептики? Также сомнительно. Слишком разрознены их силы. Чаще всего выступают против американского доминирования и вмешательства "Альянс патриотов" и партия Нино Бурджанадзе. Но у первого самая маленькая фракция в парламенте, а вторая не представлена в Национальном собрании вовсе. Условных сторонников традиционализма и евразийских ценностей разделяют личные амбиции, что сокращает их эффективность.

В США опасаются хаотизации Грузии

Тогда к чему эти страсти по демократии здесь и сейчас? Думается, ответ не так сложен, как кажется. Американцы не могут не видеть, что популярность правящей партии падает. Протесты и недовольство нарастают. Как следствие, опасение хаотизации внутриполитической жизни, чем, по мнению американцев, могут воспользоваться противники евроатлантического выбора (Россия в уме!).

Судьба порта в Анаклия и черный список оппозиции – что ждет Грузию в ближайшее время

Схожий алгоритм США использовали в свое время в отношении Саакашвили. Первая черная кошка между евразийским "маяком демократии" и заокеанским смотрителем пробежала в ноябре 2007 года. Американцы были против введения ЧП, реализации сценария по досрочным выборам. Им откровенно не импонировал тот стиль, в котором затем прошла кампания 2008 года, а также авантюрность экс-президента, поставившая Вашингтон на грань конфликта с Москвой. И потому, увидев первую серьезную альтернативу в виде "Грузинской мечты", Белый дом дал четкий сигнал: пусть победит сильнейший, лишь бы он не увел страну в сторону России. От Саакашвили стали мало-помалу отдаляться. И ряд влиятельных персон, близких к тогдашней администрации, активно поддержали "смену вех" на грузинском направлении.

Теперь пришло время "хеджировать риски" в отношении Иванишвили. В США понимают, что попытки правящей партии установить авторитарное правление именно в условиях Грузии чреваты затяжным внутренним конфликтом, ослаблением государства в целом. И тогда грузинским политика будет уже не до НАТО и евроатлантической солидарности и не до сдерживания Москвы. Можно спорить, кого Вашингтон сегодня видит в роли "сменщика" "Грузинской мечты". Возвращения Саакашвили там не очень ждут. Но смену игроков на властном Олимпе Грузии, когда "националы" и "европейцы", без личного участия экс-президента, придали бы новые импульсы двусторонней кооперации, рассматривают, скорее, как благожелательный вариант. Можно будет сыграть на ожиданиях перемен к лучшему у грузинского электората, а затем ждать, когда рейтинг обновленного ЕНД снова пойдет под уклон.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.