Тифлисский Гранд-отель, в котором застрелили музу Эдварда Мунка

Шокирующая история любви и смерти, место, которое пропитано энергией трагедии, и, конечно, же притягивающий авантюристов Тифлис. Проект "Прогулки по Тифлису" продолжает открывать читателям самые тайные страницы из истории города
Подписывайтесь на Sputnik в Дзен

Когда ты очень чего-то хочешь, сама вселенная идет тебе навстречу. Она начинает заботиться о том, чтобы все у тебя сошлось и получилось.

Таинственное творение Михаила Оганджанова – шкатулка с двойным дном >>>

В этот день я крутилась вокруг моего объекта интереса на улице Атонели довольно долго. Все окучивала, обхаживала, подбиралась. Цель у меня была одна – попасть вовнутрь, в парадную. Дом, конечно, хорош снаружи. Но он мне был интересен, в первую очередь, тем, что в нем 5 июня 1901 года произошло убийство норвежской писательницы, драматурга и пианистки Дагни Юль.

Ремонт в роковом номере

Признаюсь, мыкалась я вокруг здания довольно долго. Будто кто-то оттуда "сверху" решил на потеху поиграть с моим желанием об этом написать.

Тифлисский Гранд-отель, в котором застрелили музу Эдварда Мунка

Все дело было в том, что единственная дверь в парадную дома (ведь это в прошлом Гранд-отель) была заперта. А волшебную комбинацию цифр все никак не удавалось найти. По чистой случайности, а может и интуитивно я подошла к припаркованной на улице машине. Оказалось, что мужчина, который сидел за рулем, родился в этом доме.

Чарующая немецкая слободка: дома, нанизанные на нить времени >>>

- Он давно требовал ремонта, наконец, добрались, отреставрировали, - говорит Леван. - Но окна в парадной не открываются, штукатурка на доме сыпется. Мне знакомые говорят, мол, а что ты хотел, тебе же бесплатно все сделало государство. А разве нельзя выполнять работу качественно? И потом я плачу налоги, поэтому это все же и мои деньги тоже.

Сталинский ампир в Тбилиси, или О чем рассказывают камни?

Мы перебрасываемся с Леваном еще парой слов. Я узнаю о том, что из старых жильцов в доме осталось семьи четыре, не больше. А номер отеля, в котором произошло убийство в начале века, находится на втором этаже.

- Только там сейчас закрыто. Владелец тут не живет. Кстати, это единственная квартира, в которой они сделали какие-то внутренние работы. Просто они во время ремонта повредили что-то этажом выше. А ввиду того, что площадь имеет историческую ценность, им пришлось чинить потолок. Вот так-то.

Тут Леван, поддерживающий все время разговора входную дверь рукой, прощается и уходит. Массивная дверь за спиной захлопывается, как последнее отверстие в мышеловке.

Дагни и художник-прорицатель

И вот я, наконец, внутри. Тут просторно и как-то по-особенному тихо. Говорят, стены парадной Гранд-отеля были тогда расписаны. Возможно, но сегодня об этом ничего не напоминает. Осмотревшись, замечаю у лестницы красивую подставку для некогда роскошного плафона. Нахожу и металлический крепеж для лестничных ковров. Ну что, пошли на второй этаж. Туда, где произошла трагедия.

Тифлисский Гранд-отель, в котором застрелили музу Эдварда Мунка

Ступаю по лестницам не спеша, стараюсь не распугивать теней прошлого. Пять, десять, пятнадцать, двадцать… На какой по счету ступени ты поняла, что тебя убьют? А может ты почувствовала это, когда направлялась в номер? Или же сидя в кресле и наблюдая за игрой сына на ковре?

Тифлисский Гранд-отель, в котором застрелили музу Эдварда Мунка

Дагни, а ведь твой любовник Владислав Эмерик, который тебя застрелил на глазах маленького сына, написал после твоей смерти письмо твоему мужу Станиславу и рассказал, что ты все понимала и чувствовала. И любила по-настоящему всю жизнь только его, Станислава. Убил тебя и застрелится сам, из ревности.

Тифлисский Гранд-отель, в котором застрелили музу Эдварда Мунка

Ревность. Так и называется картина известного норвежского живописца Эдварда Мунка, на которой изображены Дагни Юль, ее супруг Станислав Пшибышевский и он, сам Эдвард Мунк. Картина оказалась в некоторой степени пророческой.

Тифлисский Гранд-отель, в котором застрелили музу Эдварда Мунка

То же самое можно сказать и о другой его известной картине "Крик". Мунк будто заглянул в будущее и передал ужас от увиденного в своей картине. Сложно говорить о том, какие отношения связывали Мунка с его натурщицей и музой. Исходя из переписки, между ними была крепкая и настоящая дружба. Но что стояло за этой давнишней дружбой? Любовь, страсть или сильное увлечение?

По одной из версий, Дагни Юль познакомилась с Эдвардом Мунком у себя дома. Мунк, чей отец дружил с отцом Дагни, они оба медики, часто приезжал к ним домой, в поместье. Молодые люди познакомились, и между ними завязалась дружба.

Повторно они пересекаются уже в Берлине. Мунк знакомит Дагни с берлинской богемой, вводит в высший круг. Вместе со знакомыми она часто собирается в одном из винных погребков Берлина. В погребке все чаще обсуждают необходимость создания новых форм в искусстве. Причем таких, которые способны овладеть сознанием и душой.

Тифлисский Гранд-отель, в котором застрелили музу Эдварда Мунка

Писатель Станислав Пшибышевский, часто посещающий эти собрания, считает, что ярким представителем этого нового течения является норвежский художник Эдвард Мунк. Пшибышевский приехал в Германию по особым соображениям, он изучает мистику, сатанизм. Молодой писатель с увлечением цитирует Бодлера и Ницше. Между молодыми людьми - Станиславом и Дагни - вспыхивает чувство. А через некоторое время они сочетаются браком. И у пары рождаются мальчик и девочка.

Тифлисский Гранд-отель, в котором застрелили музу Эдварда Мунка

Дагни становится музой польского писателя на долгие годы. "Дагни женщина, которая вдохновляет, наполняет смыслом жизнь мужчины", - писал своему дуру Станислав. О ней говорили, что она непохожа на других женщин. Дагни делает макияж, пьет внушительными дозами абсент и курит. К тому же рассказывает смелые истории и на равных общается с мужчинами. Женщины ее не понимают, но восхищаются ею, потому что она очаровательна. А мужчины от нее теряют голову.

Караванами, пароходами и на двух своих, или Признание в любви родному городу

Талантливая пианистка, писательница, драматург, тем не менее не добилась славы при жизни. Известность к ней пришла уже после ее гибели. Патриархально устроенное общество не было готово принять женщину в другом качестве. Нужно было время. А Дагни своими взглядами, убеждениями во многом это время опережала.

Но это же самое время отнимает и самое дорогое – любовь. Чувства Станислава к ней идут на убыль. У него появляются другие женщины. Они расходятся, снова сходятся. А потом в их жизни появляется сын богатого нефтезаводчика Владислав Эмерик. Он восхищается творчеством Станислава и влюбляется в Дагни. А потом приглашает супругов поехать с ним на Кавказ.

Пунктиром по левобережью, или Легенды строений на улице Узнадзе >>>

Станислав отказывается ехать в последнюю минуту. И Дагни едет в Тифлис с сыном Зеноном и Эмериком. Они поселяются в Гранд-отеле. И после ссоры, 5 июня 1901-го Эмерик убивает вначале Дагни, а на следующий день себя. Дагни хоронят через три дня, в день ее рождения на Кукийском кладбище.

Миллион алых роз под окнами Гранд-отеля

В парадной огромное окно с широким подоконником. Оно выходит во двор, в котором я еще минут десять назад бродила в поисках заветного кода.

Тифлисский Гранд-отель, в котором застрелили музу Эдварда Мунка

Отреставрированные балконы противоположного дома смотрятся очень аутентично и колоритно. Я некоторое время еще рассматриваю двор, а когда оборачиваюсь, передо мной возникает фигура невысокого мужчины. Перебрасываемся парой слов, и тут он говорит:

- А вы знаете, что возлюбленная Пиросмани, Маргарита, останавливалась тут, - при этом глаза у него хитро, заговорщицки улыбаются. - Слышали же миллион алых роз. Вот сюда, под окна наш Нико подкатил арбу с цветами и не одну.

Тут я решаю уточнить, а откуда, собственно говоря, все эти сведения у жителя дома. Говорит, что давно живет в этом доме и много раз слышал эту историю от старшего поколения. Тут мужчина по-скорому сходит по лестницам к выходу и испаряется так же внезапно, как появился. Чисто приведение, мелькает в голове. "Значит, Маргарита…" - раздумываю я, забравшись на подоконник окна.

Тифлисский Гранд-отель, в котором застрелили музу Эдварда Мунка

А у Паустовского в повести "Простая клеенка" Маргарита остановилась в каком-то доме в Сололаки, у других - в гостинице Ориенталь. В качестве версии можно рассматривать и номер Гранд-отеля. Ведь спорят же относительно того, где проходило выступление Маргариты, в Ортачальских садах или в Муштаиде.

Тифлисский Гранд-отель, в котором застрелили музу Эдварда Мунка

Фигура Пиросмани давно вышла за пределы узких рамок живописи и стала неким национальным брендом. Отсюда такое огромное количество легенд вокруг личности художника и желание быть причастным к этой истории. Как писал тот же Паустовский в своей повести "Простая клеенка", "я просто повторил один из рассказов, не придавая чрезмерного значения его сугубой подлинности. Пусть этим занимаются придирчивые и скучные люди".

У входа в Небесные врата

Я уже было засобиралась из парадной, как входная дверь открылась и зашел высокий мужчина в черном. Поравнявшись со мной, он любезно спросил, не нужна ли мне помощь. Я на это ответила, что очень хотела бы сфотографировать красивую лепнину на фасаде. "Пойдемте со мной, с нашего балкона на третьем этаже и сфотографируете", - пригласил он.

Тифлисский Гранд-отель, в котором застрелили музу Эдварда Мунка

Так я оказалась в редакции старейшего грузинского литературного журнала "Цискари" (в переводе с грузинского "Небесные врата"). Журнал выходит с 1852 года и считается первым в истории литературным журналом на грузинском языке. Практически все известные прозаики и поэты делали свои первые шаги на страницах этого журнала. Известное произведение "Дата Туташхиа" впервые увидело свет именно на страницах этого журнала.

Тифлисский Гранд-отель, в котором застрелили музу Эдварда Мунка

В 90-х журнал "Цискари" испытывал большие финансовые трудности. А к 2011-му журнал фактически прекратил свое существование. В 2012 году журналом заинтересовалась мэрия. Редакции помогли, и периодичность журнала была почти восстановлена. Но уже второй год журнал перешел под патронаж министерства культуры. И теперь сократился и формат, и тираж. Выходит "Цискари" не раз в месяц, а скорее один раз в квартал.

Тифлисский Гранд-отель, в котором застрелили музу Эдварда Мунка

- Мы уже даже не мечтаем о том, чтобы выходить с полной нагрузкой, - рассказывает Карло Бардавелидзе, один из тех, кто стоял у истоков возрождения журнала. - Дай-то бог, чтоб хотя бы пять номеров в год выпустить. А ведь мы как-то стараемся популяризировать творчество молодых прозаиков и поэтов и способствуем сохранению литературных связей и традиций. Мы сотрудничаем с самыми лучшими переводчиками, переводим на осетинский и абхазский грузинских писателей, поэтов. И систематически переводим абхазскую литературу и осетинскую. Мы хотим сохранить эти литературные связи, особенно современную литературу.

Тифлисский Гранд-отель, в котором застрелили музу Эдварда Мунка

Во время разговора Карло звонят, и выясняется, что он опаздывает на свадебную церемонию. Он уходит в другую комнату, меняет черную сорочку на белую, и вот мы с ним поспешно выходим на улицу, прощаемся.

Тифлисский Гранд-отель, в котором застрелили музу Эдварда Мунка

Перехожу на противоположную сторону улицы. За спиной оказывается Александровский сад, а передо мной бывшее здание Гранд-отеля. И чудится мне, что на первом этаже красивого дома, как в детстве, висит старая вывеска "Аптека", а к остановке вот-вот подкатит хрипло бренча красный трамвай. Я поднимусь в него, устроюсь сзади, у окна. И он увезет меня далеко-далеко, в тридесятую параллель.