17:51 22 Мая 2019
Прямой эфир
  • EUR3.0848
  • 100 RUB4.2905
  • USD2.7676
Цветочный аромат стоит тут по всей улочке

Дама с глициниями – сололакская гордость Тбилиси

© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Колумнисты
Получить короткую ссылку
Екатерина Микаридзе
Прогулки по Тифлису (93)
204580

Все жители Тбилиси знают это волшебное место в Сололаки - особенно красиво здесь весной, когда цветет глициния. Колумнист Sputnik Екатерина Микаридзе рассказывает о "доме с глициниями" - так его называют вне зависимости от времени года

Дама с глициниями живет в старом квартале. Там, где дома налезают друг на друга. А улочки сутулятся и ползут вверх. Живет там давно, с начала прошлого века. Исходя из средней продолжительности жизни неодушевленных предметов, возраст у нее бальзаковский. Говорю о ней как о неодушевленном предмете только для того, чтобы не вводить в заблуждение. Ведь речь идет все же о здании. Но нам ничего не стоит дать волю воображению. И тогда дом можно превратить в даму, а цветочный наряд - в роскошное сиреневое платье. Пахучее платье. Потому, что ароматом от куста глицинии пропитана вся улица.

Дом с глициниями
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Дом с глициниями

Любовь к жизни и ложка дегтя

В холодное время года тянущаяся в гору улица имени Шалвы Нишнианидзе, в прошлом Коджорская, немноголюдна. Паломники устремляются сюда по весне, когда старинный дом накидывает на себя цветочное покрывало.

Глициния растет прямо под балконом. Никто не знает, сколько же ей на самом деле лет. Жители уверены, что сажал ее у дома его первый владелец - известный Тифлисский архитектор Павел Зурабян. Это тот, по проекту которого были построены в Тифлисе Нерсесяновская семинария, Первый роддом в районе Надзаладеви, здание Тифлисского Волжско-Камского банка и много других.

Дом накидывает на себя цветочное покрывало по весне
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Дом накидывает на себя цветочное покрывало по весне

Так вот, дом с арочным окном в парадной и с маскаронами над входом в парадную Зурабян спроектировал для себя. В советские времена при проведении ремонта "кудесники" расправились с назойливым растением. Глицинию вырубили, дабы не мешала при окраске балкона. Но любовь к жизни победила, и через несколько лет на этом самом месте появились молодые побеги. Вначале робко, как бы, не веря в факт собственной реинкарнации, а потом смелее, глициния потянулась вверх. Ограда у дома новая, точь-в-точь подогнанная под старую. Ограду исторического дома уже начали делать, когда к дому пожаловал только вступивший в должность мэра города Кахи Каладзе. Градоначальник посмотрел на забор и сказал:

– Забор не соответствует данному дому. Нужно его поменять.

И поменяли. Но довести дело до конца, как обычно бывает, не сумели, запала не хватило. Как говорится, какая же бочка меда без ложки дегтя.

Дом с изнанки - со стороны двора
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Дом с изнанки - со стороны двора

Первый этаж дома с глициниями находится чуть ниже уровня улицы. И, чтобы попасть с улицы в парадную, нужно пройти по подобию моста, протянутого от улицы к входной двери. Но ограждений у этого импровизированного мостика нет, их забыли приделать. Чтобы не свалиться с моста в крохотный приусадебный сквер, соседи протянули вместо перил бревно.

Заходим в парадную. Солнечный свет, разливаясь по старым и обшарпанным стенам, смягчает негативное впечатление. Будто подмигивает, предлагая смотреть на жизненные перипетии с иронией. Да, потолок, может, весь и прохудился давно и требует незамедлительного ремонта, но зато какие дивные цветы рассыпаны по ограждению лестниц! Словно хозяин и по парадной, аналогично двору, задумал рассадить свои глицинии.

Солнце проникает сквозь многочисленные окна и разбрасывает веселые тени
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Солнце проникает сквозь многочисленные окна и разбрасывает веселые тени

Любовь к старине и тайные знаки

Поднимаемся на второй этаж. Высокая деревянная дверь бесшумно открывается, и я оказываюсь в огромном зале. Раньше весь этаж занимал архитектор дома Павел Зурабян. Теперь тут живет Мака Касрадзе. Точнее, живет она в другом доме, потому что вселиться собирается только после окончания ремонта.

В углу комнаты замечаю высокий камин. Подхожу к нему и кладу руку на его кафельное тело. Массивный и внушительный, ветеран, наверное, знатно грел. После прихода советской власти Зурабяна "выдавили" из этих покоев, выделив небольшую площадь рядом. Там он с семьей и прожил до конца жизни. Потом в этой квартире жил внук Зурабяна, который после продажи квартиры уехал в Сочи. Сегодня эта часть дома принадлежит архитектору, он живет в Лондоне.

На втором этаже также жили профессор Аграрного университета Юзбашев, который погиб при неизвестных обстоятельствах, и дядя сегодняшнего политика Гии Вольского. Кстати, комната последнего принадлежит сегодня тоже Маке. У нее в этой комнате лежат кипы книг. Мака до недавнего времени была председателем ассоциации издателей Грузии.

Могут ли сегодняшние мастера воспроизвести такую сложную работу- вот в чем вопрос!
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Могут ли сегодняшние мастера воспроизвести такую сложную работу- вот в чем вопрос!

- Мы отшлифовали окна и ставни, - говорит Мака, приближаясь к окнам. - Не уверена, но, может, замки на ставнях тоже из той Зурабяновской эпохи.

Не знаю, как замки, но электричество с наружными проводами, линейной строчкой идущими по стенам, точно сохранились еще с тех времен. Потолки в квартире остались прежними, достались в наследство от первого владельца.

Мака приобрела квартиру два года назад. У нее особенное, трепетное отношение к этому месту, дому, истории. Мака замужем за французом и в то время искала площадь под его офис. Совершенно случайно на одной вечеринке Мака познакомилась с француженкой, которая жила на тот момент на третьем этаже этого дома. Француженка обмолвилась, что слышала, что на втором этаже продается квартира. Через несколько дней Мака пришла в гости к знакомой. А потом спустилась к соседям уточнить, продают ли они эту квартиру на самом деле.

Окно-замочная скважина
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Окно-замочная скважина

- Мне открыл дверь очень приятный пожилой человек Иосиф Тушишвили. И я помню, что, когда он меня ввел в эту комнату, я просто ахнула - влюбилась с первого же взгляда, окончательно и бесповоротно. Вы знаете, таких домов в стиле арт-деко в Париже сохранилось всего четыре. Они все были снесены и на их месте были построены в знаменитые османовские дома. И вдруг я оказываюсь в Тбилиси в таком доме!

- Вы увидели в этом какой-то знак?

- Безусловно. Иначе, я бы давно сделала ремонт, привела в порядок мою квартиру. Жила бы в этом доме давно, а не ждала бы два года каких-то разрешений.

Мака - председатель товарищества дома. Год назад она занесла в Фонд развития Тбилиси заявление с просьбой провести в историческом доме реконструкцию. Дом является памятником исторического наследия. И без специального разрешения приступать к ремонтным работам нельзя. И они находятся в режиме ожидания этого самого разрешения. Мака собирается сохранить все в первозданном виде. Восстановление и реконструкция обходятся дороже, чем обыкновенный ремонт. Но, это, как отмечает Мака, того стоит.

Лестничные зигзаги расчерчены по боковой стенке
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Лестничные зигзаги расчерчены по боковой стенке

Наш разговор продолжается на веранде дома. Тут лежат толстые балки, которым больше ста лет.

- А эти балки я использую в оформлении стены, - строит планы на будущий ремонт Мака. - Может, получится даже восстановить камин, - мечтательно замечает Мака.

Мака живет в Грузии уже 11-й год. Говорит, что очень любит уезжать, но больше любит возвращаться. Самым большим преимуществом называет то, что в Грузии еще много чего можно делать. Когда ты молод и полон сил, тебе хочется приложить свою энергию и творческий запал. Во Франции же все уже создано. Грузия - это страна с огромным потенциалом. В ней очень много чего в зачаточном состоянии. И нужно только приложить голову, руки и желание.

Любовь к детям и изнанка жизни

После променада по этажам я заглядываю по двор. Он небольшой. Слева сам дом - изогнутый в форме буквы С. Справа - сравнительно новые постройки, в два этажа. Еще замечаю, что у большинства жителей вход в квартиру со двора. А это означает, что центральным входом в дом и парадной пользуются единицы. Стучусь в первую попавшуюся дверь. Тишина. Стучусь в следующую. Железная дверь открывается, и на пороге появляется женщина. Представляюсь и спрашиваю о том, сколько же жителей живет в этом доме.

- Я вам сейчас объясню, - начинает она. – Дело в том, что сам дом-то большой. Но раньше, попадая через подъезд в дом, можно было оказаться в любой его точке.

На самом деле, дом с изнанки выглядит так, как если бы одну его часть – правую - хотели зрительно изолировать. Судя по всему, она предназначалась для прислуги.

Не дом, а райский сад
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Не дом, а райский сад

- Это уже после того, как дом превратили в коммунальное жилье, многие поставили там перегородки, - подтверждая мои догадки, продолжает женщина. Кстати, на третьем этаже перегородки нет, он по прежнему сквозной. Теперь у каждого из жителей есть вход со двора. Всего, в доме живет до десяти семей. Вы проходите в дом, - приглашает меня женщина. За спиной у нее на секунду замаячила фигурка девочки лет десяти. Кинув взгляд на меня, ребенок убегает восвояси.

Я усаживаюсь за кухонный стол. А женщина помешивает жарящуюся на плите картошку и рассказывает о том, что является старожилом дома, потому что живет в нем с 1982 года.

Попадающие на эту улицу в первый раз, останавливаются и тянутся за телефоном
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Попадающие на эту улицу в первый раз, останавливаются и тянутся за телефоном

- Пару месяцев назад у меня погибли невестка и новорожденный внук. Ей было всего 35 лет. Ребенок родился преждевременно, и его поместили в инкубатор. А невестку выписали из роддома. Они вместе с сыном каждый день ездили в роддом к ребенку. И вот раз она вышла из дома, сделала пару шагов и упала замертво. Тромб… - она берет паузу. – Ребенок умер через неделю после смерти матери. Осталась старшая девочка. Видели, как она выскочила, когда вы постучали. Мы не смогли сказать ей, что мамы больше нет, - переходит она на шепот.

- Вот, это она, - показывает она на фотографию красивой женщины. – А это моя дочь, - показывает уже на снимок чуть выше. – Будто вчера все было, а прошло уже 15 лет. Не смогли спасти, онкология… - Она замолкает, собираясь с силами.

Хрупкую тишину безлюдной улицы нарушает лишь жужжание шмеля
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Хрупкую тишину безлюдной улицы нарушает лишь жужжание шмеля

Поговорив еще немного, мы прощаемся. Я желаю новой знакомой здоровья и терпения, которые понадобятся в воспитании внучки.

Покидала дом я с одной-единственной мыслью - сколько же еще времени должно пройти, чтобы маленькая девочка больше не подбегала при каждом стуке к дверям, надеясь увидеть там маму…

Темы:
Прогулки по Тифлису (93)

По теме

Самое музыкальное здание Тбилиси: от истоков до наших дней
Воронцов, Сталин и Гагарин: место встречи - Тифлис
Стеклянная любовь старинного дома на Мачабели
Седьмое чудо Тифлиса – Джагетяновские дома-близняшки
Теги:
Тбилиси


Главные темы

Орбита Sputnik