16:15 29 Июля 2021
Прямой эфир
  • EUR3.6663
  • 100 RUB4.2235
  • USD3.1052
Обзоры
Получить короткую ссылку
Тбилиси. В тылу великой войны (35)
924150

С первых дней Великой Отечественной войны в Грузии были развернуты стратегически важные объекты – эвакуационные госпитали, где проходили лечение раненые и больные воины, возвращение в строй которых стало одной из основных задач медиков

В Грузии военнослужащих лечили в более чем 70 эвакогоспиталях, созданных в помещениях больниц, санаториев, школ и других учреждений.

Ветеран Великой Отечественной войны, кавалер ордена Чести Екатерина Амирбегова рассказала о работе эвакуационного госпиталя №1434, который функционировал в Тбилиси с 26.06.1941 по 01.03.1946 год.

"Дорогая доктор Катюша! Все эти 38 лет я вспоминал Вас и ту предсмертную ночь, когда Вы не отходили от меня ни на минуту до тех пор, пока я не подал признаки жизни. Ваше теплое отношение придало мне бодрость духа, живительную силу и я выжил… До конца дней моих, пока бьется сердце, не забуду вашу преданность и честное докторское отношение к раненым… Поздравляю Вас и Всех Ваших коллег, перенесших горе войны на своих плечах, с Великим праздником Днем Победы. Бывший ваш ранбольной 1942-43 гг., ныне депутат Броварского горсовета Киевской области М. А. Алексеенко".

Письмо от спасенного солдата
photo: courtesy of Ekaterina Amirbegova
Письмо от спасенного солдата

Сколько жизней проживала, уже не помнит. Скольким бойцам спасла жизнь и скольких не удалось уберечь, счета не вела. На хрупкие плечи 20-летней девушки, которая была в ответе за сотни, тысячи жизней воинов, легла безмерная тяжесть. И сейчас, спустя 75 лет после окончания войны, Екатерина Амирбегова вновь с горечью вспоминает бойцов, которых потеряли в те далекие годы.

"Был у нас один тяжелораненый военный, музыкант Мельников из интеллигентной русской семьи. Когда я спросила его, согласен ли на операцию, то ответил отказом. Сказал, если не перенесет и умрет, то он возьмет мое лицо с собой. Не выжил".

Амирбегова говорит о нем как о родном и думает, что родственники бойца могли так и не узнать о его судьбе. И не счесть, сколько таких историй о солдатах, чья жизнь оборвалась в тбилисских госпиталях и о которых их семьям ничего не известно. Одни бойцы не могли вспомнить прошлое, другие настолько были изувечены, что не хотели сообщать о себе или же их дома были разрушены фашистами. Последним пристанищем для них стала грузинская земля.

Но были и радостные моменты встречи, когда после отгремевших боев и залпов победы, спустя десятилетия бывшие солдаты возвращались в Грузию и разыскивали своего врача-спасителя.

В Тбилиси остались только женщины-врачи...

22 июня 1941 года, обращение Левитана, голос которого позже станет голосом Победы… Миллионы людей из разных республик рассказывали похожую историю о том, как узнали о начале самой кровопролитной войны в истории человечества. Не стала исключением и 20-летняя Екатерина Амирбегова. Хотя, выбирая профессию врача в мирное время, она не думала, что ее карьере, которая продлилась семь десятилетий, суждено было начаться в родной школе.

"Я была студенткой 3-го курса лечебного факультета Тбилисского мединститута, где были также открыты педиатрический, сангигиенический и стоматологический факультеты. Помню, сидела у подруги Марики Сванадзе дома, и вдруг кто-то стал звать ее отца во весь голос на русском: "Амбросий Павлович, Амбросий Павлович, война началась!" Включили радио, диктор Левитан сообщал, что в 4 часа утра без всякого объявления войны германские вооруженные силы атаковали границы Советского Союза... Это было ужасно. Я тут же побежала домой, мы жили около улицы Советской, неподалеку от памятника Горькому. Улицы города уже опустели, только молодые люди со свертком под мышкой спешили в сторону военкомата. Это был первый день войны".

Военный билет Екатерины Амирбеговой
photo: courtesy of Ekaterina Amirbegova
Военный билет Екатерины Амирбеговой

В разгар ВОВ выпускница Тбилисского мединститута, который направил на фронт более трех тысяч медработников, решила устроиться на работу в эвакогоспиталь, где находились тяжелораненые. Несмотря на уговоры дяди – начальника госпиталя, она упрямо твердила, что ее место рядом с нуждающимся в помощи бойцами. И настояла на своем.

"Студентов нашего курса досрочно выпустили в августе 1942 года, когда уже были сформированы все эвакогоспиталя, они были многопрофильные. Только на бывшей улице Калинина, ныне Джавахишвили, были расположены четыре госпиталя. На той же улице находилась железнодорожная школа-интернат №4/5, которую я окончила и в которой был открыт эвакуационный госпиталь №1434, где и работал мой дядя, мамин брат Василий Григорьевич Мчедлов. Все ушли на фронт. Во время учебы мальчиков с нашего курса взяли в Саратов на повышение квалификации, а оттуда направили прямо на фронт. Некоторые из них погибли. В Тбилиси остались только женщины-врачи, и я попросила дядю устроить меня на работу. Он удивился: "Ты молодая женщина, лучше тебе работать педиатром, ведь столько свободных мест в других клиниках". На что я ответила: "Ни в коем случае". В течение 12 дней я сидела в кабинете и твердила, что не изменю решения", – рассказывает Екатерина Дарчиевна.

Прифронтовой госпиталь Тбилиси и битва за Кавказ

С 23 ноября 1941 по 28 января 1942 года и с 15 мая 1942 по 30 января 1943 года эвакогоспиталь №1434 входил в действующую армию. Вначале это был тыловой госпиталь, рассчитанный на 300 коек для тяжелого контингента. В основном все лежачие, у которых были травмы опорно-двигательного аппарата, крупных суставов… Позднее в трехэтажное здание добавили еще несколько сотен коек. Раненых доставляли на трамвае. Когда он двигался очень медленно, врачи понимали, что везут больных, а были бойцы со всех уголков Советского Союза, больше всего из России. Санитарки и медсестры работали с чрезмерной нагрузкой.

"Грузин в нашем госпитале было немного, их, наверное, отправляли в другие города. Количество раненых значительно возросло в 1943 году, в период битвы за Кавказ. Бои шли неподалеку, и наши госпиталя стали прифронтовыми. Новые раненые поступали из Орджоникидзе (ныне Владикавказ - прим. ред.). В то время сравнительно часты были смертельные случаи. Были и случаи заболевания столбняком", – говорит ветеран.

Екатерина Амирбегова с ранеными бойцами во дворе госпиталя
photo: courtesy of Ekaterina Amirbegova
Екатерина Амирбегова с ранеными бойцами во дворе госпиталя

В Тбилиси, в районе Ваке, в помещении студенческого общежития находился госпиталь для ампутированных, где сложилась крайне сложная ситуация, исходя из тяжелого психологического состояния бойцов. Поэтому руководство решило перевести раненых в закрытое помещение, чтобы они не пытались выйти в город.

"Наш госпиталь оказался подходящим местом. В апреле 1943 года перед майскими праздниками раненых перевели к нам. Вначале, увидев закрытое помещение, им пришлось трудно. У нас были очень хорошие отношения, мы с уважением относились друг к другу. Это были ребята невероятной стойкости, на которых сегодняшние мальчишки должны равняться. Они жизнь отдавали за родину, друзей. И недопустимо, что сегодня кое-кто огульно говорит о них. Так вот, я одна дежурила на трех этажах и не помню, чтобы мне когда-нибудь пришлось запирать двери, без стука никто не входил. В начале войны заведующими отделениями были мужчины, но после того, как их забрали на фронт, медперсонал, в основном, состоял из женщин. Только начальник, комиссар, начмед и завсклад госпиталя были мужчины. Ведущим хирургом была Софья Буачидзе. Все раненые нуждались в оперативном вмешательстве, в подготовке культи к протезированию. Проводилась реампутация, затем больных обеспечивали протезом и обучали его использованию. Кому некуда было уезжать, оставались в Грузии, создавали семьи. Помню, работала у нас доктор Петровская из России, потерявшая всех родных", – вспоминает ветеран.

Как были организованы эвакуационные госпитали

Екатерина Амирбегова говорит, что в начале войны часто производились ампутации, вследствие чего было много инвалидов: "Позже вышли соответствующие инструкции, удавалось сохранять конечности. И снизился уровень инвалидности среди раненых. В нашем распоряжении были только гипсовые повязки. Тогда не было пенициллина и других антибиотиков. Не делали внутривенных переливаний, не было капельниц. Успешно применялось переливание крови. Физиологический раствор вливали прямо под кожу".

Ветеран также отмечает, что организация эвакуационных госпиталей в Тбилиси была на высоком уровне. Правительство с первых дней войны приступило к созданию эвакуационных госпиталей.

"В 1946 году эвакогоспиталь №1434 упразднили, на его месте был создан Научно-исследовательский институт ортопедии и восстановительной хирургии для инвалидов ВОВ, который позже преобразовали в Институт травматологии и ортопедии имени Гудушаури, а в 1991 году перешли в другое здание".

В списке госпиталей, которые дислоцировались в Тбилиси в период Великой Отечественной войны 1941-1945 годах были офицерский и морской эвакогоспитали, эвакогоспиталь челюстно-лицевой хирургии и другие.

Вместе с медиками победу ковали и рядовые граждане, проявляя заботу о бойцах. На помощь медикам пришли и маленькие герои – школьники тбилисских школ. Академик АН Грузии Гилар Бакрадзе, возвращаясь в воспоминаниях в свое детство, говорит, что во время учебы в школе дети вместе с преподавателями навещали раненых в госпиталях.

"Помню, мы собирали продукты, одежду и шли в госпиталь, расположенный на Узнадзе, бывшей улице Камо. Ныне в этом здании находится Министерство образования и науки. Это был один из больших госпиталей. (Здесь в начале войны проходила практику будущий врач Амирбегова – прим. авт.). Школьники устраивали для военных небольшой концерт. Я играл на аккордеоне. Одни читали бойцам книги, газеты, другие писали письма. Большое значение имело моральное состояние раненых", – говорит Бакрадзе и отмечает, что подвиг медиков приблизил долгожданную победу.

Военный госпиталь в столице Грузии в период ВОВ. Воспитанники детского сада навестили раненых солдат
photo: National Library Archive
Военный госпиталь в столице Грузии в период ВОВ. Воспитанники детского сада навестили раненых солдат

Екатерина Дарчиевна в деталях рассказывает, как в ее родном госпитале принимали больных.

"Раненых на носилках доставляли в приемное отделение и составляли историю болезни. У каждого бойца была карта. Затем больного переводили в соседнюю комнату, где переодевали, купали. Воду в баках грели дровами. Потом солдат заводили в перевязочную. Был у нас и парикмахер. В специальной камере дезинфицировали обмундирование во избежание завшивленности. Центрального отопления не было, и палаты топили при помощи печи. Постели были дезинфицированы, одеяла чисто выстираны. Максимально старались организовать хорошее питание. Кормили больных три раза в день. Кроме общего стола, отдельно накрывали стол для разных категорий больных. На завтрак подавали кашу, чай, хлеб, масло. Иногда – варенье, повидло и фрукты. Из США получали посылки, в которых были и шоколадки. На обед готовили горячие мясные блюда, компот или кисель. На ужин – каша, чай. Ежедневно врачи проверяли продукты, без нас не имели право отпустить обед. В журнале записывали, что обед или ужин приготовлен вовремя, качественно и к выдаче разрешен".

Екатерина Амирбегова
photo: courtesy of Ekaterina Amirbegova
Екатерина Амирбегова

Истории спасенных

Когда молодой врач только начинала работать, в госпиталь приняли 17-летнего Алексеенко из Украины, у которого была аневризма бедренной артерии. Всю ночь после операции Екатерина просидела у его кровати, так как у него было сильное кровотечение. Все прошло удачно, вскоре солдат выписался и вернулся домой.

"А во время войны дочь нашей сотрудницы помогала раненым, общалась с ними, и у Алексеенко сохранился ее адрес. И вот, в середине 70-х годов он, приехав на лечение в Цхалтубо, решил навестить меня, и пришел ко мне на работу с букетом цветов. Рассказал, что у него хорошо сложилась жизнь. Стал депутатом".

Однажды во время дежурства Екатерина услышала, что едет очередной трамвай с ранеными.

"Вдруг раздался крик о помощи, кто-то говорил на грузинском. Выбежав навстречу, увидела, что это стонет 17-летний паренек с ампутированной ногой, подбитым глазом, простреленной рукой. Я тут же попросила уложить его ко мне в палату, прооперировала его. В Тбилиси, на улице Каховка работал протезный завод, и мы на месте обеспечивали больных протезами. Кстати, оказалось, что тот юноша Боря добровольно отправился на фронт. Вначале его не брали, так как к тому времени много грузин погибло на фронте, и он взял украинскую фамилию матери, чтобы попасть на фронт (В первые дни войны на фронт из Грузии было мобилизовано около 100 тысяч человек, в марте 1942 года – 350 тысяч – прим. авт.). Спустя годы жизнь нас вновь свела. Боря стал анестезиологом, и мы вместе работали многие годы. Подружились семьями. Очень хорошим человеком был Борис Амирэджиби. Несколько лет назад его не стало".

9 мая 1945 года Екатерина Амирбегова дежурила на работе, когда начальство сообщило, что наступила долгожданная Победа. Весь коллектив вмиг оказался на улице, по дороге к медикам присоединились артисты театра имени Марджанишвили, коллеги из Михайловской больницы. Все поднялись по улице Элбакидзе на проспект Руставели. На площади Ленина, ныне – Свободы, уже выступали грузинские музыканты.

Благодаря самоотверженному подвигу советских медиков во время войны 72,3% раненых и 90,6% больных воинов были возвращены в действующую армию - это в общей сложности 17 миллионов бойцов и командиров. В период войны в СССР было сформировано более шести тысяч госпитальных учреждений. В Грузии лечение одновременно проходили более 38 тысяч раненых и больных.

Екатерина Амирбегова проработала врачом целых 70 лет, и в 2012 году вышла на заслуженный отдых. Награждена многочисленными орденами, но самая ценная награда, конечно, это спасенные жизни.

Темы:
Тбилиси. В тылу великой войны (35)

Главные темы

Орбита Sputnik