Армяно-азербайджанская дружба в Грузии

CC0 / Pixabay / Хурма на дереве
Хурма на дереве - Sputnik Грузия
Колумнист Sputnik, писательница Мариам Сараджишвили рассказывает невыдуманную историю своих тбилисских соседей - армян и азербайджанцев, которые мирно живут в Грузии

"Или будем людьми или пускай нас не будет"

Патриарх Сербский Павел

Три недели после похорон Рагима пролетели незаметно. Назиля медленно приходила в себя после смерти мужа сестры. Он и Арзу были хорошей парой. И все эти дни после наплыва народа, постоянных приходов многочисленных родственников Назиля прожила очень напряженной жизнью, почти каждый день бывая у сестры и осиротевших племянников. Потом занялась дома генеральной уборкой, так как по натуре и чуткому воспитанию бабушки Гызларханым была зациклена на чистоте и порядке. А это была еще то всевидящее око и недремлющий разум. Несмотря на преклонный возраст, бабуля ухитрялась держать под контролем всех своих внуков и правнуков, причем внучкам доставалось вдвойне. Старушка рассуждала, что молодежь нынешняя не та и нужен глаз да глаз, а то вожжи упустишь и все, пропало дело. Особенно тлетворно действовали на молодое поколение эти выдумки шайтана – турецкие сериалы и "тырнет", который выдумали гяуры на погибель всех правоверных и себя, непутевых, в том числе. Как раз полчаса назад 87-летняя бабушка звонила своей внучке и спрашивала конкретно и строго:

— Назиля, а Назиля!

— Да, Гызларханым — ана. (обращение к бабушке — азер. яз)

— Ты что сейчас делаешь?

— Детей в школу проводила, обед приготовила и слегка прилегла отдохнуть.

— Отдохнуть??? Может ли мать двоих детей отдыхать??? А рис ты перебрала?

— Перебрала еще на прошлой неделе.

— А половики вытрусила?

— С утра уже сделала.

— А обувь в прихожей перемыла? Вдруг где пыль после вчерашнего дня.

— Ой, забыла.

— Аман, аман (непереводимое выражение эмоции)! Астафрыллах (Упаси, Боже, от греха — азер.яз.), – победоносно. — Что было бы, если бы твоя бабушка тебе не напомнила?! Стыд и позор на мою седую голову! Разве этому я тебя учила?!

Влюбленные на берегу Черного моря - Sputnik Грузия
Грузинские Ромео и Джульетта

Назиля быстренько закруглила разговор по телефону с бабушкой и пошла наводить блеск в прихожей, которая по мнению всевидящего ока была лицом хозяйки, и опытный человек, переступая незнакомый порог, мог сразу составить свое мнение о жильцах и всем роде по пятое колено включительно.

Перетирала обувь в прихожей и вспомнила, что так и не взяла у сапожника оставленные у него туфли на починку. Пока дети были в школе, взяла сумку и пошла возвращать свое имущество.

Ноябрьский ветер дул порывами, шевеля под ногами опавшую светло-коричневую листву. Солнце упрямо пробивалось сквозь сизые кустистые облака и все же ухитрялось обогреть воздух.

Идти было недалеко, на соседнюю улицу, потом завернуть в один из дворов. Там сидел в своей будке сапожник Сурик. Тут же за сеткой-забором были его апартаменты – дом с садом из пяти-шести деревьев. Листва давно облетела, и на голых ветках яркими оранжевыми кругляшками радовали глаз еще не сорванные переспевшие корольки.

Заглянула в открытую дверь будки. Никого. Только лежат на полке готовые пары или те, которые нуждаются в починке. Оглянулась туда-сюда, Сурика явно не видно. Пришлось надрывать горло:

— Эй, Сурик, где ты?

Из дома на призыв выглянула его жена Сатеник:

— Нет Сурика, позвали его куда-то. А ты что хотела?

— Туфли три недели назад оставила. Уже готовы, наверное.

Сатеник вышла из шушабанда (застекленная веранда — прим. ред.) и прошла по тропинке к воротам.

— Сейчас посмотрю. Какие туфли?

Назиля описала.

Пародия барабанщика - грузин, армянин, азербайджанец - Sputnik Грузия
Грузин, армянин и азербайджанец – уморительная пародия барабанщика

— Черные, носки узкие, набойки я хотела. Деньги я твоему Сурику заранее дала.

Сатеник порылась на полке.

— Не видно что-то. Может, спрятал куда подальше. Чего так долго не приходила?

— Зять у меня скончался. Муж сестры.

Сатеник резко обернулась:

— Вай, что ты говоришь. Соболезную, – и ткнулась Назиле в щеку – поцеловать. – А когда?

— Да недавно. Третьего ноября. От сердца.

— Ой, и наш зять третьего ноября. От рака. Кареном звали. Только два года назад. – Сатеник забыла про туфли и присела на дощатую табуретку. – Твой молодой был?

— Молодой, – вздохнула Назиля, прислоняясь к облупленному косяку. – 48 лет.

Сатеник смотрела на нее с ненаигранным состраданием:

— Садись, чего стоишь, – глаза ее затуманились. — А моему зятю 51. Такой добрый был. Сурику помогал здорово. Твой-то какой был, хороший?

Назиля глубоко вздохнула и прослезилась. Опустилась на закопченный стул.

— Золотой. Рагимом звали. Детей моих обожал. За своих тем более с ума сходил. Моя сестра за ним была, как за каменной стеной. – Не хотела плакать, но слезы сами полились из глаз.

Сатеник потянулась к ней и обняла.

All You Need Is Love - надпись на машине на одной из тбилисских улиц - Sputnik Грузия
Наперекор стереотипам

— И наш Карен такой же. Один в один. Два года прошло, как нам его не хватает.

Они посидели так, обнявшись, минут пять, каждая в своих мыслях и воспоминаниях. Потом Сатеник встряхнулась.

— Вспомнила я про твои туфли, – нагнулась к углу и извлекла откуда-то снизу искомую пару, завернутую в газету.

Назиля поблагодарила и собралась уходить. Сатеник засуетилась:

— Погоди, дай хоть корольков нарву.

— Не надо.

— Молчи, я сейчас.

Она побежала за пакетом, приставила к дереву лежащую у стены лестницу, вскарабкалась на три ступени и быстро набрала корольки. Протянула пакет заказчице:

— Ну царство небесное твоему Рагиму. Не знаю, как по-вашему сказать…

Назиля улыбнулась через силу и ответила:

— У нас говорят: "Аллах рехмет элесин". И твоему Карену. Тоже.

— Спасибо.

Назиля помахала рукой и пошла домой, обувь слегка отяжеляла сумку.

По дороге она услышала крик:

— Ты, это, заноси туфли еще, Сурику скажу, чтоб бесплатно сделал. Мы же теперь свои люди.

Лента новостей
0
Сначала новыеСначала старые
loader
В ЭФИРЕ
Заголовок открываемого материала