19:19 01 Августа 2021
Прямой эфир
  • EUR3.7174
  • 100 RUB4.2829
  • USD3.1244
Колумнисты
Получить короткую ссылку
Прогулки по Тифлису (176)
1546140

Будоражащие кровь истории, интересные судьбы и хранящие их тайны дома – еще об одной таинственной странице из жизни грузинской столицы прошлого читайте в материале "Прогулки по Тифлису"

Все началось с двери. Деревянной, резной, непохожей ни на какую другую в Тбилиси. Хотя, по правде говоря, ни одна из них не повторяет предыдущую. Но эта дверь – самая красивая. На бывшей Елизаветинской, 15, а ныне улице Цинамдзгвришвили. Она будто не выстругана, а вылеплена из дерева, так богато она оформлена деталями. И решетка на ней соответствующая, точно сложный рисунок выткали золотой нитью. Одним словом, не дверь, а достопримечательность улицы. Она-то меня и привлекла.

На сегодняшний день в доме живут две семьи
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
На сегодняшний день в доме живут две семьи

Но еще более невероятной и поразительной оказалась история одной жизни, которую хранят эти стены. История, достойная экранизации, которая, впрочем, и произошла в 2019 году. Прочитав о том, что дом этот построил для себя известный в Тбилиси врач, я принялась искать о нем информацию. И наткнулась на книгу воспоминаний актрисы, балерины, музыканта Елены Константиновны Тер-Асатуровой, в девичестве Цициановой. Книга называется "Воспоминаниям угаснуть не дано".

Жизнь в ненавистном доме

Караман Манучарович Чиковани слыл в профессиональных кругах врачом от бога. Терапевт, окулист и отличный диагност работал в частной лечебнице доктора Навасардова. Был "почтово-телеграфным" врачом, практиковал дома и ездил к больным на дом. Помимо этого, он состоял членом медицинского общества и был агентом французского страхового общества "Урбэн".

Смотреть на эту дверь можно долго
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Смотреть на эту дверь можно долго

В том же страховом обществе служила конторщицей София Фарнаозовна Кипиани. Софья происходила из дворянского рода и была знатной красавицей. Ее руки добивался сам Федор Иванович Шапяпин. Впрочем, добивался безуспешно. Сонина мама отказала мировой знаменитости, сказав: "За этого русского верзилу я свою дочь не отдам". Но кто же знал в те времена, что из этого "верзилы", доводящего соседей до исступления своими руладами, вырастет мировая звезда. Шаляпину на тот момент было лет 20 с небольшим.

Тифлис удивляет: Одиссея сололакской династии врачей, пианистов и благотворителей >>>

В итоге Сонечка Кипиани вышла замуж за князя Александра Цицианова. По любви вышла, и родилось в этом счастливом браке у супругов две девочки – Нина и Елена. Вот только счастья век был недолог. Очень скоро по болезни ушел из жизни Александр, и Соня осталась с двумя маленькими детьми. На момент встречи с доктором Чиковани, Софья Цицианова уже была вдовой. А через некоторое время Караман Манучарович сделал ей предложение руки и сердца.

Скромный дом в один этаж
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Скромный дом в один этаж

Выйти замуж с двумя маленькими детьми в те времена было нелегко, таковы были обычаи общества. А доктор, в ее-то положении, был неплохой партией. У врача был собственный выезд: одноколка, запряженная черной, лоснящейся арабской лошадью с большим крупом, белыми браслетами у копыт, с тяжелой поступью и вклады в иностранном банке. Поэтому недолго думая, Софья согласилась. Семейное гнездышко Чиковани решил свить на улице Елизаветинской, 15, нынешняя улица Цинамдзгвришвили.

Загадки Тбилиси: город, где в необычных домах живут необычные люди >>>

Особняк был построен по проекту известного в Тифлисе архитектора Симона Клдиашвили. Семья въехала в него в 1907 году. Вот как описывает дом, в котором предстояло жить этой семье, Елена Тер-Асатурова, урожденная Цицианова:

Сохранившаяся роспись
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Сохранившаяся роспись

"Одноэтажный, кирпичный дом-особняк. Небольшой вестибюль с несколькими ступеньками мраморной лестницы разделяют пять комнат на две стороны. Налево – столовая, спальня, детская и ванная с туалетом, направо – зала и кабинет. Открытый балкон, кухня, небольшой дворик, закрытый высокими стенами соседних домов. Полы паркетные, потолки высокие, разрисованные масляной краской, печи кафельные, освещение электрическое (в то время электричество было не везде), модный буфет, вставленный в стену, пианино, мягкая мебель и т. д".

Что зашифровано в деревянных буквах, или Как вдохнуть жизнь в старый район >>>

В этом доме автору мемуаров и будущей узнице Акмолинского лагеря предстояло прожить детство и юность. По утрам отчим уходил в лечебницу, где в это время шел прием больных. А потом продолжал прием пациентов еще на дому. Караман много работал и неплохо зарабатывал. Но был, по воспоминаниям падчерицы, чертовски скуп.

Фасад дома доктора Карамана Чиковани
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Фасад дома доктора Карамана Чиковани

Детям предписывалось ложиться спать в определенный час, в расчет не принималось даже то, что уроки иной раз оставались несделанными. Делалось это в целях экономии электричества. Когда доктор задерживался допоздна, девочки радовались его отсутствию и читали книги. А заслышав, что он зашел в дом, быстро гасили свет, ныряли в постель и раздевались под одеялом.

Благодарные больные нередко потчевали его всякими яствами. Но доктор прятал их в собственном шкафу, а потом поглощал лакомства в одиночку. Летом 1910-го доктор Чиковани решил повезти жену в Париж.

Побег в маленькую страну, или Как потрогать руками детство >>>

Перед отъездом Соня выпросила у мужа деньги на покупку дорожной шляпы. Скрепя сердце, он выдал ей три рубля. А по возвращению со службы, потребовал отчитаться на что они были потрачены.

Соня вынесла соломенную шляпу и положила перед ним. И тут он как стукнет по дну шляпы. Не понравилась она ему. Софья Фарнаозовна выправила головной убор и поехала в нем.

"Характер у него был необычайно тяжелый. Он был в высшей степени эгоистичный, деспотичный, грубый, очень скупой и жадный, сердцем жесткий, нелюдимый, тягостно молчаливый, без всякого проявления какого-либо душевного движения – настоящий истукан. Когда он бывал дома, чувствовалось, как будто в воздухе нависало что-то тяжелое, давящее, и все с облегчением вздыхали, когда он уходил".

Казалось бы, зачем же терпеть все эти унижения. Разве не проще уйти, оставив самодура со своими причудами один на один. Но доктор Чиковани платил за обучение девочек и, как говорила мать Елены, ради будущего собственных дочерей, ей пришлось пожертвовать собой.

Сама Елена расплачиваться и далее за оказанную милость больше не желала. И по окончанию гимназии ушла жить к бабушке. С этого момента началась другая жизнь, полная взлетов и падений.

Сквозь тернии к звездам

Сначала Елена устроилась работать в антрепризу оперного театра кассиром. Еще в детстве Елена увлекалась театром и музыкой – играла на мандолине, гитаре и рояле. И получила, как и сестра, блестящее музыкальное образование. Поэтому вскоре Елена перешла аккомпаниатором в консерваторию. Ну а параллельно играет в любительских спектаклях, выступая на сцене Артистического общества. Ведет интересные знакомства и живет полной и активной жизнью.

Роспись на потолке, которая сохранилась на потолке
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Роспись на потолке, которая сохранилась на потолке

Тифлис в эти года посещают Маяковский, Бальмонт, Есенин. Из грузинских поэтов на виду были Иосиф Гришашвили и Паоло Яшвили. Елена красива собой и обращает на себя внимание противоположного пола. Купается в комплиментах, влюбляется. В первый раз Елена выходит замуж без любви, скорее уступая пылким притязаниям актера Александра Такаишвили.

За окном между тем шли большие преобразования. Рухнула старая власть, в Грузию вошла Красная армия.

"Не было провианта, не было топлива, чай пили с сахарином и друг к другу ходили со своим сахарином, а вместо чая клали в кипяток корки черного хлеба, бог знает с какой примесью, что-то варганили и что-то ели, – описывает Елена тот период. – Но мы не унывали, молодость ведь вынослива, не падая духом, включались в новые нормы жизни, после реорганизационного периода продолжали работать. Постепенно жизнь с некоторыми недочетами вошла в свою колею. С приходом Красной Армии произошло установление советской власти, спустя месяц после моего замужества".

Брак этот продлился недолго. Раз Елена с Шурой (Александром Такаишвили) пошли в сад Арто посмотреть на азартные игры, которые там проводились в те времена.

Там тогда играли в рулетку. В Арто Елена и познакомилась со вторым мужем, который был крупье. Натура беспокойная, жаждущая новых впечатлений и буйства красок, Елена тяготилась серостью семейной жизни. Начитавшись французских романов, она ее представляла несколько иной. И увлеклась крупье, который в первую же встречу бросил в ее сторону недвусмысленный взгляд.

Еще одна деталь
© Sputnik / Ekaterina Mikaridze
Еще одна деталь

Она посмотрела ему в глаза и прочла в них: "Ты мне нравишься, и ты будешь мoей". Но выдержала этот дерзкий взгляд и подумала в ответ: "Не на такую напоролся". И отошла от стола. Александр Николаевич Негрини, так звали этого крупье, был по национальности румын, высокого роста, плотный, хорошего сложения, выделялся одеждой европейского покроя, говорил с иностранным акцентом, что ему очень подходило, лысеющую голову старался прикрывать головным убором, в общем, был интересным мужчиной. Но, как выяснилось впоследствии, был он отчаянным игроком. По этой причине они и расстались.

Любовь и хождение по мукам

Счастье Елена обрела лишь в браке с одним из разработчиков первого серийного трактора в России, главой Путиловского (ныне Кировский) завода в Петербурге Михаилом Тер-Асатуровым. Ради этой любви Елена ушла из театра Руставели, где уже играла на сцене. Перед отъездом в Ленинград Елена услышала от режиссера театра Сандро Ахметели следующее: "… Учись и работай над собой, и помни одно: как бы удачно не сложилась твоя личная жизнь, не приноси театр в жертву личной жизни. Муж всегда может изменить, а искусство, театр никогда не изменяет".

В середине 30-х годов М. Л. Тер-Асатуров становится директором ленинградского Кировского завода (так назывался "Красный путиловец"). Он решает наладить на заводе производство мощных автомобилей на базе тракторных цехов. В качестве образца был взят американский "Бьюик". Было даже получено правительственное задание на 2 тысячи автомобилей. Елена работает в БДТ, начинает заниматься хореографией, к которой с детства питает страсть. Затем поступает в концертную организацию Дома Красной Армии, переключившись таким образом на эстрадную деятельность – на художественное чтение.

Но наступает 37 год и начинаются репрессии. Асатурова вначале снимают с должности, затем исключают из партии и под конец отправляют в лагерь. Елену высылают по возвращению из гастролей. Этапируют в Акмолинский лагерь на 8 лет без права переписки.

Дома из романтического прошлого Тбилиси, или Адамово трио Немецкой слободки >>>

"Выводят на работу под конвоем с собаками, так как много уголовников и бандитов, – вспоминает в своих мемуарах Елена. – Идти до места работы 4 километра туда и 4 обратно. Утром рано в 5 часов хлебнешь баланды с кусочком хлеба и потом жди до 12 часов дня подкрепления – пол-литра обрата (3-й раз промытое молоко) и 250 граммов промерзшего хлеба, и пока, обойдя множество бригад, до тебя доходит очередь, уже 1 или 2 часа дня.

Стоишь свернув шею, глядишь, когда появится подвода, а есть хочется нестерпимо, и начинаешь есть снег, чтобы хоть что-нибудь подержать во рту, а вечером, еле притаскивая ноги, получаешь опять баланду. Приходишь в нетопленый барак и умыться негде. В той глиняной миске, в которой ела баланду, в ней же и умываюсь. Промокшую одежду подкладывали под себя и просушивали теплом собственного тела", – вспоминает героиня в своих мемуарах.

Несмотря на тяжелейшие условия жизни в лагере Елена выжила и вернулась в Тбилиси. В 1954 году супруги были реабилитированы, Михаил Львович Тер-Асатуров – посмертно. В 2019-м был снят и показан по российскому каналу НТВ телесериал "А.Л.Ж.И.Р". В основу сюжета фильма легла история о лагере жен-изменников родины. Героиня Елены Тер-Асатуровой была в этом фильме одной из главных. Экранный образ этой удивительной женщины воплотила заслуженная актриса России Екатерина Гусева.

Темы:
Прогулки по Тифлису (176)

Главные темы

Орбита Sputnik