"Любовь сильнее смерти": невероятная история о незабываемом прошлом в Грузии

Настоящие чувства не сотрут ни люди, ни время. Только вот что заставляет нас поступать наперекор своей душе - загадка человечества
Подписывайтесь на Sputnik в Дзен
Красное такси с напрягом ехало в гору. Дорога на Кукийское кладбище всегда была для любителей острых ощущений и не в меру тряская, а теперь, спустя 18 лет отсутствия Нане, казалась и вовсе восхождением на Эльбрус. В окнах мелькали дома прошлого и позапрошлого века, причудливо чередуясь с шикарными современными особняками. Но в большинстве были покосившиеся шаткие халупы, вросшие в землю.
По пути ангела: мало кому удается достигнуть чего-то, не замаравшись
Шофер, коренастый загорелый мужик, крутил руль и поглядывал на Нану в зеркальце.
– Сейчас клеиться начнет, – тоскливо подумала Нана и не ошиблась. Ей ли не знать тбилисских таксистов. Меняются времена и нравы, но только не представители этой славной профессии.
Не успела додумать, хлоп, мысль материализовалась.
– Давно в Тбилиси не были?
– Восемнадцать лет, – вздохнула жертва шоферской общительности.
– А что так долго не ехала? – шофер тут же плавно и по-свойски перешел на "ты". – Денег не было?
– Много причин, – нехотя отвечала Нана, всеми силами пытаясь показать нечто среднее между усталостью и скукой. Но не тут-то было.
"За что?", или Ремейк рассказа Толстого, если бы действия происходили в Грузии >>>
– А на Кукия к кому едешь? К дедушке, бабушке? Могилы в какой стороне? Может, в обход, резко вбок ехать надо? Ты не молчи, тут все свои.
– Пока правильно едем.
– Вот что за люди, а? Уедут в эту Россию, приедут назад, и все, как неродные. Лень рот раскрыть, по-человечески поговорить. Туда-сюда вспомнить, человека обнять, поцеловать. Гадагваребулеби (груз. "переродившиеся" - здесь и далее примеч. ред.)! Я вашу душу мотал! – разразился он речью, стискивая руль. Потом представился: – Меня Зура зовут. Так к кому едем, а?
Нана еще раз вздохнула и назвалась.
Ночлег в ресторане - невероятная история с грузинским привкусом
Зура просиял:
– Ай, это другое дело. Очень приятно. К другу, говоришь, едем. Аба, скажи, как его звали. Может, где мимо проходил или пили вместе на келехе (груз. поминки).
– Авдал Алоев, он давно погиб, лет 15 назад. Мой одноклассник.
Зура всплеснул руками и выпустил руль. И тут же моментально поймал баранку.
– Вах, что ты сказала! Высокий, красивый такой? Еще шрам вот тут? – и он полоснул себя пальцем по подбородку. – Да мы в одном убане (груз. район) росли. Его двоюродная сестра с моей женой дружила. Короче, свои люди, считай, родственники... За ерунду порезали несчастного.
Нана не слушала трескотню Зуры и мысленно унеслась в то далекое время и ощущения, которые даются человеку раз в жизни и никогда больше не повторятся.
Царевна-лягушка: ремейк известной сказки в современных реалиях >>>
...Они были одноклассниками, но в разных социальных категориях. Отличница Нана Георгадзе, краса и гордость школы, чья карточка бессменно висела на доске почета, и Авдал Алоев, тоже местная знаменитость по частоте упоминания на педсовете, рекордсмен по вызовам к директору и признанный авторитет всех убанских хулиганов. Причем Авдал не скрывал своих чувств к Нане, робкой девочке-очкарику, вечно обремененной уроками музыки и какими-то обязательствами от их классной – Наргизы Александровны. Нане в глубине души очень импонировали знаки внимания рослого смуглого второгодника, но из-за собственных комплексов она и подумать не могла ответить ему взаимностью.
Чудо-незнакомец: как выбраться из депрессии в Тбилиси?
После восьмого класса Авдала классная сбагрила в ближайшее ПТУ и была счастлива, что избавилась от этого мельничного жернова на шее, но, как показали дальнейшие события, радость ее была преждевременной. Авдал периодически ошивался в школьном дворе и подкарауливал Нану, провожал до дома. По ходу успевал от нечего делать поколотить слишком борзых семиклассников за какие-то свои, только им ведомые проколы.
Так прошло еще два года. Нана чувствовала себя под каким-то незримым покровительством, исходящим от бывшего одноклассника, и, выйдя из школы, по привычке искала его плечистую фигуру около ближайшего тополя. По дороге Авдал ей постоянно что-то рассказывал.
Разноцветный, бурный мир Авдала резко отличался от размеренной и расписанной по минутам жизни отличницы-комсомолки. Примерно так же, как отличается жизнь пирата Карибского моря от жизни чопорной английской леди.
Чего хотят женщины в Грузии - история одного старого авантюриста >>>
Перед выпускными экзаменами Нана призналась своей маме:
– Авдал сделал мне предложение.
Докончить мысль у нее не получилось. Мама, рафинированная интеллигентка с двумя высшими образованиями, закатила глаза и стала ловить ртом воздух.
– Моя дочь и курд??? Ни в коем случае! Только папе не говори, он это никак не поймет.
В принципе, в то время представить такой брак было верхом наивности. Ни папа-грузин не выдал бы дочь за такого жениха, ни семья жениха изначально не приняла бы невестку – не курдянку.
Гостиница для собак, или Какие особенности имеет в Грузии бизнес
Нана испугалась такой реакции и даже не стала представлять себе, что именно скажет папа, кандидат технических наук и всеми уважаемый лектор ГПИ, по этому поводу.
Потом они встретились у школы, и Нана произнесла свое роковое: "Нет!" Смотреть в глаза Авдала она не могла. Чувствовала, что парню больно. Авдал стукнул на нервах кулаком по стволу дерева, не в силах скрыть эмоции. А Нана испуганной ланью бросилась в здание школы и долго плакала в темном углу под лестницей, подальше от глаз уборщицы Бясти.
Потом их обоих закружило вихрем новых дел и событий. Нана уехала поступать в МГУ, стараясь вырвать из сердца даже воспоминания об Авдале, как ненужный больной шип. Частично ей это удалось.
МГУ Нана закончила с красным дипломом и вышла замуж за Гиви, перспективного врача, обладателя двух квартир в Тбилиси и пяти незамужних тетушек в Кутаиси. Родители были счастливы, что их единственная дочь встретила подходящую партию. Через год Нана родила Эку и подала на развод. Жизнь с Гиви не задалась по многим причинам, о которых Нана не рассказывала даже близким подругам.
Психологическая разгрузка: как правильно расслабляться в Тбилиси? >>>
Кризис 1990-х никак не располагал к лирике и воспоминаниям. Нана смогла купить квартиру в Москве и перетащить туда своих стариков. Как-то на улице она встретила бывшую одноклассницу, зашли в кафе поговорить. Среди вороха новостей с исторической родины промелькнуло неожиданное:
– Помнишь Авдала Алоева? Его убили какие-то обкуренные гвардейцы. Идиотский спор или что-то в этом роде... Похоронили на Кукия...
У Наны все поплыло перед глазами.
– Как убили? Когда?.. Я ничего не знала.
Аферисты в Тбилиси: как Ламара нашла мегадешевую квартиру в столице Грузии
– Года два назад, кажется. Ему 25 лет было. Так и не женился...
Нана плохо помнила дальнейший разговор с одноклассницей и постаралась побыстрее расстаться. Ей хотелось побыть наедине со своими мыслями.
В ту же ночь ей приснился странный сон: огромная светлая комната с белоснежными стенами. Вокруг – парты, как в школе, но почему-то и они белые, без единой черточки или отметинки, какие-то люди вокруг, и среди них показался Авдал. Высокий, в белой рубашке и черном смокинге (при жизни он даже костюмов не носил, только куртки) и весь какой-то светящийся. Он подошел к Нане и взял ее за руку. Что говорил, Нана не запомнила. Общение было чисто телепатическое, а вот суть настойчивая врезалась в память:
– Поминай меня в церкви. Мне нужны твои молитвы. Больше за меня никто не молится.
Нана проснулась в недоумении. От церкви была далека и понятия не имела, что следует делать в таком случае.
В ближайшее воскресенье дошла до Сретенского монастыря и выяснила, что делают в таком случае. Но ее тут же затормозила бдительная старушка-прихожанка. – Авдал?! Это нехристианское имя. Некрещеный небось. За него молиться нельзя. Вот у батюшки спросите.
И ткнула пальцем в проходящего священника. Нана подошла к нему и спросила об интересующем ее вопросе: как именно молиться о некрещеном. Они отошли в сторонку и говорили долго. О разных вещах, о которых Нана никогда раньше не задумывалась.
Выйдя от батюшки, Нана еще раз перечитала строчки небольшой брошюрки:
"...Великий старец Лев Оптинский дал Павлу Тамбовцеву молитву, которую, несколько изменив, можно произносить и за некрещеных: "Помилуй, Господи, душу раба Твоего (имя), отшедшего в жизнь вечную без Святаго Крещения. Неисследимы судьбы Твои. Не постави мне во грех сей молитвы моей. Но да будет святая воля Твоя".
"Что муженек ни сделает, все хорошо" - непридуманная история из Грузии
Эту молитву вполне можно употреблять при чтении Псалтири за усопших, читая ее на каждой "Славе".
Другой святой Оптинский старец, преподобный Иосиф, позже говорил, что имеются свидетельства о плодах этой молитвы. Ее можно читать в любое время (в течение дня неоднократно). Мысленно можно творить ее и в храме. Помогает посильная милостыня, подаваемая за умершего нуждающимся. Хорошо молиться Матери Божией, прочитывая по четкам "Богородице Дево, радуйся…" (сколько позволяют силы: от 30 до 150 раз в день). В начале и в конце этого правила надо просить Богородицу помочь душе умершего".
Так, тихо-тихо, Нана воцерковилась. Поминала она Авдала разными способами, раздавала милостыню и горячие булки, которые он ей покупал когда-то в булочной рядом с их школой по дороге домой. И ехала она сейчас на кладбище к Авдалу с совершенно четкой целью – прочитать акафист Иисусу Христу о единоумершем. Так ей на сердце легло.
– ...Все, приехали! – Зура резко затормозил, и Нана по инерции чуть не стукнулась головой о переднее сидение. – Выходим! Я с тобой пойду искать. Не будешь же одна тут лазить. Нехорошо... Все-таки свои люди.
Нана уже не стала уточнять это зурино всеобъемлющее "свои люди", просто вышла из машины и пошла следом за хватким таксистом.
"Буду пылинки сдувать и кофе в постель подавать" - история одной "любимой" невестки >>>
Полчаса они плутали по кладбищу между ржавых решеток и заросших травой чьих-то могил. Зура активно вступал в переговоры с местными уборщицами и в итоге вывел Нану на искомое.
– Во, смотри, это Авдала могила. У меня глаз-алмаз. Сразу узнал.
Нана подняла глаза в указанном направлении и обомлела. На черном мраморном камне во весь рост был изображен Авдал – именно в белой рубашке и черном костюме, точно так же, как она видела его во сне.
Родители не по призванию - один странный способ убить время в Тбилиси
– Я кое-что хочу почитать. Не мешайте мне, – сказала она Зуре, доставая книжку с акафистом.
Зура покосился на книжку, издал какой-то неопределенный носовой звук и отошел покурить.
Нана стала читать вслух, не торопясь. Читала долго, вкладывая душу. Оторвал ее от чтения опять-таки несносный болтливый Зура, подкравшись тихо сзади и толкнув тихонько в бок:
– Смотри, что делается...
Нана проследила взглядом и замерла от удивления. Высоко, на соседнем дереве, как раз напротив могилы, сидела парочка голубей и ласкала друг друга клювиками. Надо же, как они место выбрали, мало ли деревьев вокруг.
Нана вспомнила, что, собираясь в поездку на кладбище, попросила в глубине души о знаке – нужно ли делать все, что она делала уже столько лет. И вот, пожалуйста.
Ибо сказано: "Любовь сильнее смерти".